CqQRcNeHAv

Дело Кечимова

МЫ, НИЖЕПОДПИСАВШИЕСЯ…

История Сергея Васильевича Кечимова

 

В начале августа 2015-го года мои московские коллеги попросили меня прочесть и подписать следующий документ:

 

Ходатайство

Научно-экспертная и творческая общественность озабочена судьбой Сергея Васильевича Кечимова, выдающегося исполнителя музыкально-поэтического фольклора и знатока традиционной обрядовости обско-угорских народов.  Сергей Васильевич — последний носитель устной мифо-поэтической традиции восточных ханты. Уникальность его дарования была признана на региональном и международном уровне:  отечественные и зарубежные исследователи угорской культуры приезжают к Сергею Васильевичу, чтобы взять у него интервью, записать его выступление, проконсультироваться с ним. Сергей Васильевич также владеет мастерством изготовления ныне почти исчезнувших  хантыйских музыкальных инструментов. Этой ипостаси народного художника посвящён документальный фильм сургутского режиссёра Ольги Корниенко «Мастер и Евдокия».

Участники недавней международной научно-практической конференции «Новый взгляд на ритуализм медвежьего культа в Северном регионе» (в рамках реализации законов Ханты-Мансийского  автономного округа — Югры «О фольклоре коренных малочисленных народов Севера, проживающих на территории Ханты-Мансийского округа — Югры», «О святилищах коренных малочисленных народов  в Ханты-Мансийском автономном округе — Югре»), проходившей с 24 по 26 июня 2015 года в Ханты-Мансийске, обсудили ситуацию с традиционной культурой обских угров в Ханты-Мансийском округе -Югре и пришли к выводу, что древние автохтонные традиции  этих народов находятся  на грани исчезновения, особенно устный фольклор. Среди неотложных мер по сохранению самобытной культуры народов ханты и манси участники конференции предложили развернуть на территории округа программу  ЮНЕСКО  «Мастер — ученику».  В рамках обсуждения данной программы Сергей Васильевич Кечимов был единогласно признан единственным ныне живущим Мастером древней устной традиции восточных ханты. Именно от подвижнической работы Сергея Васильевича, от его деятельности по передаче традиционного знания сегодня зависит сохранение культурного наследия восточных ханты.

Сергей Васильевич Кечимов — традиционный таёжный охотник и оленевод, коренной житель Сургутского района. Он далеко не молод, и здоровье его подорвано условиями ведения хозяйства на Севере. Мы, нижеподписавшиеся, обращаемся с просьбой ко всем должностным лицам, в чьих руках находится сейчас жизнь и здоровье Сергея Васильевича, принять во внимание его заслуги и огромный вклад в сохранение культуры своей земли.

 

Под документом стояло более двух десятков подписей видных учёных, юристов, депутатов, деятелей культуры, простых оленеводов… Адресован  он был главе региона Наталье Комаровой, генеральному директору компании Сургутнефтегаз Владимиру Богданову и прокурору Сургутского района Андрею Горобченко.

Дело в том, что осенью 2014-го года приключилась с Сергеем Васильевичем одна неприятная история. Обнаружил он на своём родовом угодьи собачьи следы. Собаки мешают жизни оленеводов, но не свои – свои сидят на привязи, мешают чужие. Откуда в тайге берутся «чужие собаки»? От нефтяников и прочих природопользователей. Бурят ли разведочные скважины, ставят ли буровые – рано или поздно всегда там появляются собаки. Везут ли из города брошенных, разводят ли сами для охоты, но собаки на буровых всегда есть. На привязи они не сидят, а бегают где попало, в том числе и в местах, где пасутся олени.

Несколько лет назад в нефтяных компаниях появился один очень важный, с точки зрения коренных жителей, документ: «Правила поведения работников нефтегазового комплекса на территории проживания коренных малочисленных народов Севера». Среди прочих там содержатся следующие пункты:

Работникам запрещается:

— завозить, хранить, реализовывать алкогольные напитки, наркотические и иные токсические средства;

— завозить, хранить и применять боеприпасы, огнестрельное и другие виды оружия, орудия для ловли дичи, диких зверей;

— завозить и применять орудия рыбной ловли;

— привозить, разводить и содержать домашних животных; вырубать леса, кустарники;

— осуществлять сбор дикоросов;

— допускать разлив горюче-смазочных материалов на рельеф.

В конце этого документа написано: «При любом контакте с местным населением уважительно относиться к самобытной культуре, укладу жизни, обычаям, верованиям и языку коренного населения».

Как показывает практика, у многих работников нефтепромыслов нет никакого понятия о том, что представляет собой культура хантов и ненцев, а вышеупомянутого документа почти никто и в глаза не видел. Те же, кто видел и читал, видимо, не обращают на него особого внимания. А зря.

 

Вернёмся к Сергею Васильевичу. Обнаружив рядом со стойбищем собачьи следы, он, конечно же, оценил угрозу своим оленям и начал звонить нефтяникам.

 

Из протокола

Сургутского межрайонного следственного отдела

СУ СК России по ХМАО-Югре

от 15 сентября 2014 года

…10.09.2014 ко мне приехали родственники Тэвлин Олег Андреевич и Тэвлина Антонина Дмитриевна, которые находятся на угодьях по сей день.

11.09.2014 утром и вечером на моих угодьях я слышал лай собаки, но не видел её. Те местные народы, которые разводят оленей, знают, что недопустимо, чтобы на угодьях были собаки, потому что они будут гонять оленей, есть их. Если у кого и есть собака, то она обязательно сидит на цепи. Поэтому я решил найти ту собаку, которая лаяла у меня на угодьях.

12.09.2014 около 09.00 мин. я позвонил «нефтянику» ОАО «Сургутнефтегаз» Попушой Владимиру Григорьевичу, который с нами всегда общается по поводу где разместить буровые вышки, снабжает нас снегоходами и т.д., и который сидит в посёлке Фёдоровский, и сказал ему, что у меня на угодьях завелась собака, и спросил, можно ли её застрелить. Попушой В.Г. ответил, что можно, но только чтоб рядом не было людей…

Затем Сергей Васильевич сел в моторную лодку и поплыл искать собаку. Высадившись неподалёку от буровой (куст № 197), он пошёл по собачьему следу. Обнаружив собаку, которая бросилась на него, выстрелил в неё два раза и, развернувшись, поехал домой. А вечером того же дня к нему опять нагрянули гости.

 

Из протокола

Сургутского межрайонного следственного отдела

СУ СК России по ХМАО-Югре

от 15 сентября 2014 года

Ближе к вечеру 12.09.2014, около 18 час. 00 мин., ко мне на угодья приехала дочь гостивших у меня родственников, Тэвлина Юля Олеговна.

Около 20 час. 00 мин. 12.09.2014 в дом зашла Тэвлина Ю.О. и сказала мне, что к моей избушке подкрадываются два человека, поэтому я вышел на улицу и пошёл им навстречу, а все остальные, кто был у меня на угодьях, остались в сторонке, наблюдали. Я подошёл к тем двум людям, один из них был в гражданской одежде (пальто чёрного цвета, джинсы синего цвета, резиновые сапоги), высокого роста, худощавого телосложения, похож на «русского», у него у руках был маленький карабин, при встрече узнать его смогу. Второй был одет в форменную одежду светло-серого цвета, на плечах были погоны со звёздами маленькими, на каждом погоне по три звезды, на рукавах были нашивки, но какие именно, и что было написано, я не запомнил… Я стал спрашивать, по какой причине данные люди пришли ко мне на угодья, на что человек в форме сказал мне, что я арестован и мне нужно поехать с ними в п. Фёдоровский. Я спросил, где их документы, на что человек в форме мне ответил, что на Фёдоровке всё покажет. Я ещё раз спросил, зачем они пришли, человек в форме ответил, что их отправили «нефтяники». Я сразу позвонил Попушой В.Г. и спросил, посылали ли ко мне кого-нибудь, на что Попушой В.Г. сказал, что никого не посылал. Также человек в форме мне сказал, что я застрелил «нужную» собаку…  

 То, что произошло дальше, в юридической практике принято называть «арест в грубой форме». Кечимова повалили на землю и, избив, пытались волоком тащить до машины, пока не вмешались родственники, обещав, что на следующий день сами привезут его в посёлок. Не зная, что делать, Сергей Васильевич позвонил знакомому в Сургут, и тот посоветовал обратиться в Следственный комитет, а также зафиксировать в больнице следы побоев.

— Я хотел их посадить, чтобы они больше так над коренными жителями незаконно не издевались, поэтому написал заявление в прокуратуру, — скажет мне потом Сергей Васильевич. Но приблизительно в то же время случилась с ним ещё одна история. Тремя днями ранее отправился Сергей Васильевич к нефтяному начальству узнать, когда же ему выплатят деньги по экономическому соглашению за подписанные им к разработке нефтяные объекты, расположенные на его угодьях. Придя на один из таких едва установленных кустов, он спросил, может ли видеть начальника. А работники возьми да и пошути: протянули ему телефонную трубку, а в ней: товарищ Путин занят, не может с Вами разговаривать!

Ох, нельзя было так шутить с лесным человеком, да ещё и с ружьём (хоть и незаряженным). Рассердился Сергей Васильевич, да и наставил ружьё на шутника. Не заметил, что в стороне ещё один человек стоит и на телефон его снимает.

Поостыл Сергей Васильевич, пошёл домой ни с чем. А ночью 13го сентября приехали к нему на стойбище люди забирать ружьё, да под этим делом сунули бумаги, которые он, полуграмотный, и подписал не глядя («ну, власти же, разве они будут обманывать!»). А в бумагах тех было его, Сергея Васильевича, признание в покушении на убийство. Только вот ружьё-то забирали за то, что собаку застрелил, а документы подсунули – за инцидент трёхдневной давности – за то, что то же самое ружьё на человека поднял в запале, спровоцированный этим же человеком.

 

С апреля 2015-го года потянулись суды. Почему-то не фигурировали в тех судах ни показания свидетелей-нефтяников, ни видеозапись. Защитников из сочувствующих было много, прилетали даже представители Гринписа из Москвы. Так появилось и письмо-ходатайство, с которого начинается этот рассказ.

Аграфена Семёновна Песикова, которая с первых дней судебной тяжбы неотступно находилась рядом с Сергеем Васильевичем и в качестве товарища, и в качестве переводчика, уверена, что нефтяники обозлились на Кечимова за то, что тот мешает им беспрепятственно работать на территории, где находится озеро Имлор, священной для коренных жителей:   «компроментирующие» фотографии  делает, интервью раздаёт:

— Сколько лет здесь живу, нефтяники водоотводные трубы не чистят. Внутренность трубы песком-мхом, мусором-отходами забивается. Осенняя вода, весенняя вода ни взад, ни вперёд не просачивается. По этой причине сколько деревьев-трав высыхает, сколько зверей-рыб погибает. Эти плохие дела никто не исследовал, никто не подсчитывал. Сколько рыб-зверей зря погибло, сколько больными оказались, сколько вообще не родилось!

ОАО «Сургутнефтегаз» к нам бы прислушивалось. Когда составляют проекты, сначала бы поинтересовались у коренных жителей, которые проживают на своём месте. Мы же воды-земли знаем, подсказали бы, где и как кустовую площадку ставить, чтобы меньше окружение портить. В какую сторону скривить автомобильную дорогу, чтобы не передавить незаметные глазу, но главные для водообмена подземные водотоки. Таким образом рыбы-звери живыми будут, деревья-травы будут расти. И нефть тоже будут добывать. ОАО «Сургутнефтегаз» старается поставить себя выше законов. Его работники не понимают: сегодня коренных жителей шельмуют, а завтра эта победа против них обернётся… 

 

Когда компания в защиту Сергея Васильевича достигла своего апогея, в сетях и появилось то самое видео. Грустно то, что обсуждается сегодня не обстановка, сложившаяся вокруг священного озера, а «сядет или не сядет Смотритель Имлора, а если сядет, то на сколько».

г.  Сургут

сентябрь 2015 год

(Общее количество просмотров - 248 )