CqQRcNeHAv

Глава 1. ЦЕНА ВОПРОСА О ЗЕМЛЕ

Борис Антонович и другие

 

Однажды мне довелось представлять «Договор» на весьма солидном московском телефоруме. Зрители были удивлены, что герои фильма, ханты Борис Антонович Комтин и другие главы семейств, приехавшие подписывать экономические соглашения с нефтяниками, были в своих национальных одеждах. Кто-то даже спросил меня тогда: не специально ли для съёмок я одела аборигенов в малицы? Я  же была не менее удивлена: как, в Москве не знают, что у нас есть люди, которые, живя в лесу, ведут традиционный образ жизни?       

 

Ещё немного истории

В апреле 1995го года в Югре разработан и вступает в силу Устав Ханты-Мансийского автономного округа. В Уставе прописано избрание в Думе округа  Ассамблеи представителей коренных малочисленных народов Севера. В состав первой Ассамблеи вошли  7 человек, в их числе Президент ассоциации «Спасение Югры» Татьяна Гоголева. Первое, к чему приступает только что сформированная Ассамблея – создание законодательной базы, юридически закрепляющей права коренных народов Югры. Один за другим создаются документы, стимулирующие создание общин, сохранение и развитие фольклорного наследия, языков… Но в первую очередь пытаются уберечь землю.

Несмотря на то, что экономические соглашения в рамках вышеупомянутого договорного процесса продолжают действовать,  этнические территории неумолимо сокращаются. На заседание окружной Думы депутаты Ассамблеи неоднократно выносят разные концепции законопроектов, которые позволили бы коренным жителям подтверждать свои права на те территории, на которых они ведут свое исконное хозяйство.

В течение одиннадцати лет Думой округа обсуждается 12 вариантов этого документа. Пока где-то в тайге родовики набираются опыта в спорах с нефтяниками, защищая свои реки и пастбища, в далёкой Югорской столице десятки специалистов и чиновников самых разных уровней решают очень непростую задачу: как учесть интересы всех сторон…

В течение целого десятилетия на территории Югры действовал этот уникальный документ — экономические соглашение, в рамках которого нефтяники покупали у коренных жителей право добывать нефть, выплачивая им за это материальные компенсации.

Но такие как Иосиф Сопочин, Борис Комтин, Раиса Тэвлина слишком далеко зашли в своей борьбе за землю. Нефть по-прежнему остается самой ходовой валютой российского государства. За нее бьются уже далеко за пределами Югры.

В декабре две тысячи первого года, в связи с приведением в соответствие окружного законодательства с федеральным (как выяснится позже, в Москве уже вовсю шли дебаты о Земельном Кодексе), в округе было приостановлено действие “Положения о статусе родовых угодий”, опираясь на которое, коренные жители получали правоустанавливающие документы на те земли, где вели традиционное хозяйство.

Этнические территории продолжают сокращаться. На заседание окружной Думы представителями Ассамблеи продолжают выноситься разные концепции законопроектов, которые позволили бы коренным жителям подтверждать свои права на те территории, на которых они ведут свое исконное хозяйство. Но силы сторон, заинтересованных в земельном вопросе, неравны.

В 2003 году принят Федеральный Земельный кодекс, в котором говорится, что все земельные права, приобретенные ранее, не сохраняются и переоформлению не подлежат. А это значит,  перечёркнуто действие института родовых угодий. Земля, и до этого не принадлежавшая коренным жителям, — в собственности государства (на федеральном уровне уже работает правительственная комиссия по разграничению собственности на землю).

 

А теперь вернёмся к нашему герою, Борису Антоновичу Комтину.

— При чём же здесь Борис Антонович? – имеет полное право спросить меня изумленный читатель. Ведь он, пожалуй, и забыл уже давно про него?  А Борис Антонович как раз из немногих оставшихся, кто когда-то, спасая стада и потомство, ушёл глубоко в тайгу, и на сегодняшний день является тем самым представителем истинной хантыйской породы, которые ещё существуют в самом что ни на есть натуральном виде, и носят самые что ни на есть натуральные малицы, и оленей разводят не для туристов, а для себя, потому что по-другому они не умеют, и поют они самые что ни на есть натуральные хантыйские песни, и даже шаманят иногда, на погоду да на нефтяников, чтобы не сильно доставали.

Будучи умным и рачительным хозяином своего участка земли, Борис Антонович вмиг раскусил как достоинства, так и недостатки экономических соглашений, да и всей политической неразберихи, которая так сильно ударила в те годы по коренному народу.

— Почему Вы боитесь подписывать бумаги? — спросила я его однажды при встрече. — Мы боимся потому, — отвечал мне старый оленевод, — что у нас потом для сыновей земли-то не останется. Где они будут жить, рыбачить, охотиться? Надо же землю сохранить. Я думаю, нефть нужна, но её надо осторожно добывать, не варварски, вот так: напал на землю, на территорию, и там враз всё понатыкал, понаставил буровые, ДэНэЭски… Хозяину тоже надо выделить землю, чтоб он жил своим национальным образом…   

 

Пока в высших эшелонах власти борьба за землю шла на уровне законов, в тайге были придуманы свои способы: не подписывая экономических соглашений, хозяева родовых угодий таким образом либо пытались задержать освоение и сохранить хотя бы на некоторое время оленьи пастбища, либо склонить заинтересованные стороны к выработке достойного компромисса, который устроит и тех, и других.

Время показало, что именно такие беспокойные и мудрые хозяева, как

Борис Антонович, постоянно будоража и власти, и недропользователей, как раз и являются той мощной центробежной силой, которая всё время заставляет совершенствовать договорные отношения.

И лично мне кажется, что мировая общественность сегодня ценит и уважает нашу землю отнюдь не за её нефтедоллары, и даже не за тот культурно-спортивный рывок, которым пытается обозначиться себя Ханты-Мансийский округ в окружающем его пространстве, а вот за это самое уникальное Югорское ноу-хау – договорной процесс, синицированный пятнадцать лет назад пусть не совсем опытными, но очень мудрыми «договорщиками», истинными полпредами коренной Югры. Такими, как Борис Антонович Комтин, Иосиф Антонович Сопочин, Раиса Ивановна Тэвлина… Низкий им поклон.

 

***

Земля в России всегда была собственностью государства. Перспективы ратификации Российской Федерацией Конвенции МОТ номер 169 “ О правах коренного населения”, в том числе на землю, весьма печальны.

Итак, ханты не имеют и не будут иметь в будущем права на землю, которой владели их предки. Получается, что рано или поздно все они вынуждены будут переселиться в города или поселки.

Готовы ли эти города и поселки встретить и содержать коренных жителей тайги? Ведь по переезду в город ханты потеряют право на те компенсации за землю, которыми хоть как-то их поддерживали нефтяники.

В Югорской тайге – вновь беспокойство и растерянность: погонят или не погонят с земли? Не вернутся ли семидесятые? Захотят ли нефтяники и дальше содержать коренного жителя, или созданный в Москве в поддержку недропользователя мощный законодательный пакет напроч уничтожит итоги достигнутых за эти годы национальных реформ округа?

И не придётся ли мне, режиссёру этнического документального кино, в скором времени и впрямь облачать Бориса Антоновича и его соплеменников в национальные одежды, воссоздавая картины недавнего прошлого?

2003 год


(Общее количество просмотров - 12 )