CqQRcNeHAv

Глава 4. НАСЛЕДНИКИ БОРГСКОГО СЕЙМА

Хейкки Туккила, широкой души человек

 

или жизнь напоказ по-фински

 Собираясь писать про фермерские хозяйства в Финляндии, я, конечно же, искала самые необычные. Ферму Туккила нашла в рекламном проспекте Порвоо, она находится всего в десяти километрах от города и лично меня привлекла тем, что здесь разводят лам, афганских борзых и лошадей финской породы. Подумалось тогда – ведь финская ферма это, по сути, то же стойбищное хозяйство наших лесных людей. И я поневоле начала сравнивать.

Высокий уровень жизни позволил развить в Финляндии разнообразные первоклассные сервисные услуги, а членство в Европейском сообществе привело цены на разумный среднеевропейский уровень. В Финляндии сложное отношение к Евросоюзу, и тем не менее, именно благодаря этому около пятисот фермерских хозяйств однажды рискнули выставить свою жизнь «напоказ». Сегодня они включены в сеть туризма страны и предлагают занимательный отдых на своих фермах.

Например, одна из местных ферм, «Лабби», продаёт «безмятежность сельской жизни», знакомя с производством экологически чистой сельскохозяйственной продукции. На севере Финляндии, в Лапландии, больше всего собаководческих ферм, где голубоглазые собаки-хаски «с удовольствием» таскают упряжки с туристами.

Хозяйство Туккила тоже с удовольствие принимает многочисленных гостей. Правда, здесь несколько иные стартовые позиции.

— В 1830м году вот это место начало жить, — рассказывает молодой глава семейства Хейкки Туккила… Далее – четыре часа непрерывной ходьбы по хозяйству и потока информации. Из поколения в поколение здесь успешно хозяйствует род землевладельцев и фермеров Туккила (к сожалению, мне так и не удалось выяснить, каким образом эту преемственность не прервали ни раскулачивания, ни экспроприации). Сам Хейкки начал работать здесь с 1981 года, а в 2003 году возглавил хозяйство (родители, кстати, живут неподалёку). У него есть дочка Пепина 12 лет, десятилетний сын Роберт и жена Оути, по совместительству экономист и бухгалтер («она сегодня на курсах»). Когда в 2003 году сам Хейкки занялся фермой, в первую очередь отремонтировал и отреставрировал все дворовые постройки: сараи, амбары и проч.

Ещё у них примерно 50 гектаров полей  и 50 гектаров леса.

Хейкки показывает нам домик амбарного типа, который ни сейчас сдают в аренду: «Там сейчас живут мужчины, я надеюсь, ты не будешь сейчас там снимать…»

Возраст амбара – примерно 130 лет. Это самая старая постройка. В летний период здесь с удовольствием живут отдыхающие, а в остальное время те, кто работает в окрестностях Порвоо. В данный момент здесь проживают люди с нефтеперерабатывающего комбината НЕСТЕ. Но, вообще-то, жить здесь можно не только в амбарах.

Мы подходим к своеобразному домашнему музею. Здесь всего очень много и всё очень старое. На стене – фотография 1930 года. Там мама и отец Хейкки на лыжной прогулке. Рядом – лыжи («те самые»).

На берегу – спортивные лодки.

— Если люди не живут здесь, но хотят прокатиться, тогда надо заплатить 5 евро – и они могут пользоваться этими каноэ, если живут – тогда бесплатно. В год примерно 2 500 туристов приезжает сюда…

Бизнес растёт и Хейкки очень доволен. Что интересно лично ему? Хейкки любит лошадей финской породы: «Они лучшие в мире! Всё умеют». 18 лет назад он занялся их разведением. С гордостью рассказывает о своей мечте: разводить самых редких лошадей, белых и чёрных. Белых лошадей этой породы в Финляндии «кажется, всего пятнадцать. Одна – у меня». И он этим гордится. Продаёт Хейкки лошадей только в том случае, если сам лично убедится, что у тех будет хороший, тёплый, «подходящий» дом: «наши лошади всегда должны быть в стае».

Знаменитая баня по-чёрному. «Она лучшая в мире» — снова говорит Хейкки. Но в его голосе я слышу не заученность рекламно-зазывающих фраз, а снова – настоящую гордость работяги (иногда семья Хейкки трудится по 12, а сам он – по 16 часов в день). И ещё: кажется, что всё, что он рассказывает, проводя эту экскурсию, он рассказывает только для нас, а не повторяет это почти ежедневно для тех самых двух с половиной тысяч туристов в год. И это вызывает безумную симпатию к простому финскому парню.

Итак, баня (сауна, как её здесь называют).

Для того, чтобы её приготовить, нужно семь часов. Три часа греют, потом четыре часа этот дым рассеивается, и потом только сауной можно пользоваться.

— Проблема с русскими туристами в том, — говорит Хейкки, — что они не представляют себе, что такое русская сауна (баня по-чёрному). Они хотят в тот же день прийти сюда попариться, а эту сауну надо начинать готовить в предыдущий день.

В летний туристический период здесь греют сауну «наверное, раз 40», настолько она популярна. Если смотреть экономическую сторону – для одного человека эта сауна стоит 30 евро, но сюда входит обслуживание: подготовка сауны и традиционное финское угощение – колбаса (её хозяева жарят в то время, когда греют сауну).

В предбаннике – книга для гостей. Вот одна из записей, по-русски:

— Пусть вашу баню ещё сто лет топят ваши дети и внуки! (кстати, эта публикация тоже сейчас находится в этой книге).

— Готовы ли Ваши дети принять дело родителей?

— Я надеюсь, что так получится, — отвечает Хейкки. – По крайней мере, дочка, она уже хорошо знает английский и водит гостей на экскурсию, всё им рассказывает.

— Бывает, что люди, которые однажды сюда приехали, потом возвращаются не единожды?

— Да, много раз.

— Я тоже сюда вернусь, — обещаю совершенно искренне. Очень хочется сразу притащить сюда всех знакомых.

Сложить печь и починить трактор для Хейкки тоже не проблема. Он «выучил себя» в сельскохозяйственной академии: «один год – по уходу за полями, один – за сельскохозяйственными машинами». Плюс опыт родителей. Вот, собственно, и весь секрет успеха. Кто помогает? В горячий сезон принимают двух работников. В остальное время они с женой управляются.

Наконец дошли до вольера с ламами.

— Их корни южно-американские, но приехали они сюда из Швеции. А вот эти, маленькие, они родились в мае…

В интернете я прочитала, что лам Туккила разводят для продажи высококлассной шерсти, поэтому с огромным удовольствием услышала от Хейкки, что лам они держат для удовольствия: «чтобы радовать и свой глаз, и туристов. У нас сейчас шесть лам, но если буду хорошо размножаться, то, возможно, будем продавать».

В доме также имеется четыре афганских борзых.

— В семье Оути афганские борзые были уже почти 20 лет.

Кстати, выведенные Туккила афганские борзые и гончие славятся и в Финляндии, и за рубежом, побеждают на выставках. Ну вот ведь могут себе позволить жить так, как хочется!

— А как складываются отношения с государством? – начинаю задавать «скользкие» вопросы. – Налогами не душат?

— А мы друг другу не мешаем. Единственное, когда начали предлагать завтраки туристам, нужно было заручиться разрешением на то, что должны готовить здесь еду, и всё. Это была единственная сложность, всё остальное – нет никаких проблем.

Да, они платят налог за недвижимость, за землю, здесь нет ничего необычного…

— Но если ламы – для души, кони – для души, собаки – для души, от чего тогда прибыль?

— Четверть идёт от сельского хозяйства, — отвечает Хейкки. – Около десяти гектаров – зерновые. Остальное всё под сено, его заготавливаем для лошадей, которые здесь как бы в аренде находятся (люди заводят лошадей и содержат здесь, потому что знают – Хейкки лошадь не обидит).

Итак – ещё одна четверть – от содержания лошадей. А половина – от туризма. Как кризис отразился на хозяйстве? Он не заметил, чтобы уровень их жизни стал хуже…

Кстати, специфика финских поместий определяется тем, что они не входили в состав близлежащих городов и посёлков и способны полностью обеспечивать себя продовольствием и прочими необходимыми вещами. В прошлом они обычно являлись центрами культуры в сельской местности. Сегодня они представляют собой важнейший элемент финской культуры.

 

PS. А теперь давайте попробуем прочитать это всё заново, заменив слово «Финляндия» на слово «Югра», слово «ферма» на слово «стойбище» и немного пофантазировать…


<<     >>

 

(Общее количество просмотров - 16 )