CqQRcNeHAv

Что значит быть вождём

Айваседа Ю.К.:

«Вождь племени – не почётная должность, а тяжёлая ноша, образ жизни; от вождя кроме благополучия его личной семьи зависит судьба его рода и дыхание, ритм сердца всего племени».

С 1970 по 1975 годы в Варьёгане друг за другом умирают все Вэллы старше меня. Главная причина – алкоголь. Я стал ощущать взгляды своих родственников на себе. С 1978-го, став депутатом окружного Совета, я почувствовал себя опорой не только для своих ближних родственников, но и для представителей других родов.

Кроме наказов, данных мне избирателями (шефское строительство жилья в Варьёгане и строительство сельского Дома культуры), я сам себе дал задание: сначала – создание школы в Варьёгане, потом – создание сельсовета в Варьёгане и музея. Я считал, что школа поможет воспитать новое поколение людей, более современных. Сельсовет мог бы воспитывать в человеке чувство хозяина – хозяина на своей территории, территории сельсовета. Музей мог бы возрождать душу человека, его интеллект, и сохранять его этнические корни.

А с 1992 года я занялся вопросами возрождения частного оленеводства, потому что к тому времени понял, насколько домашний олень универсален, кроме того, что для семьи олень может решать жизненные материальные вопросы: мяса, транспорта, одежды… Олень воспитывает детей, олень развивает в оленеводе чувство хозяина к своей земле, ибо олень не может жить без пастбища, а оленеводческая терминология, обычаи, поговорки и головоломки оленевода – это лучшие механизмы возрождения души человека и сохранения его этнических корней.

Но вождём племени я стал называть себя после поездки в Канаду. Был такой эпизод. Мы, делегация из России – представители Миннефтепрома, депутат Верховного Совета СССР от северных народов, лидеры общественного движения коренных малочисленных народов Ханты-Мансийского автономного округа и я, председатель Варьёганского сельского отделения Ассоциации «Спасение Югры», — встречаемся с представительствами федеральных и провинциальных правительств Канады, с представителями и руководством нефтяных компаний. Во время представления говорят: депутат Верховного Совета СССР, президент Ассоциации коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего востока…

Возникает встречный вопрос:

— А какой коммерцией занимается ваша Ассоциация?

И долго Еремей Айпин объясняет, что наша Ассоциация – это общественная организация, что мы занимаемся вопросами сохранения и возрождения наших народов… Этот вопрос возникал несколько раз в различных учреждениях и организациях. Я обратился к переводчику: «Может, неточность перевода? Почему всегда нам задают один и тот же встречный

вопрос?» Тогда он меня спросил о тех функциях, о тех делах, о тех вопросах, которыми занимается общественная организация, именуемая «Ассоциацией», и её лидер.

Я рассказал, чем я сейчас занимаюсь:

— это и вопросы образования (я рассказал, через что я прошёл, создавая школу);

— это и вопросы местного самоуправления (я рассказал, как создавал Варьёганский сельский совет и как участвовал в разработке и принятии регионального закона «Положение о статусе родовых угодий в ХМАО»);

— рассказал, как и к кому я обращался, чтобы было начато строительство жилья для семей коренных жителей в Варьёгане;

— как организовывал пикеты против нефтяников, которые варварски относились к природе – среде обитания коренных народов; против властей, которые своим действием или бездействием ещё более усугубляли проблемы моих родственников;

— рассказал о том, как организовывал ежемесячные облёты стойбищ моих родственников на вертолёте и доставлял на стойбища медицинских работников, продукты, пенсии, работников сельсовета по оформлению документов;

— рассказал, как организовал поездки наших родственников в другие регионы, как мы принимали у себя делегации коренных народов из Нарьян-Мара и Салехарда, как проходил обмен межмуниципальными делегациями внутри нашего округа;

— рассказал, как через эти встречи было создано несколько новых семей;

— рассказал о том, как, будучи ещё государственным охотником, занимался внедрением других способов охоты – более гуманных и способствующих улучшению генетических и физиологических особенностей зверей, способы охоты, когда из природы отбираются более слабые особи и оставляются те, которые способны дать здоровее потомство;

— рассказал о том, как создал этнографический музей и при музее начал издавать газету на языке моего племени;

— как в последнее время начал заниматься возрождением частного оленеводства, сбором и сохранением народного фольклора…

Переводчик мне ответил, что я перечислил круг вопросов, которыми занимается в их государстве вождь племени, что, для того чтобы снять лишние вопросы, надо, вероятно, именоваться вождём племени.

И когда в очередной раз мы стали представляться в новой организации, и я, к некоторому удивлению моих сородичей, назвался вождём племени, то ненужных встречных вопросов с канадской стороны уже не было, ибо теперь им был ясен круг вопросов и интересов их собеседника.

Вот с этого момента я не только стал называть себя вождём племени, я взвалил на себя в полной мере обязанности вождя племени, такими, какими я их себе представляю, какими их видят глаза и сознание окружающих. Занимаясь теми или иными делами, я стал сверяться, а как бы на моём месте поступил вождь племени, получивший такой статус по праву? С этого времени я почувствовал, что именно так стали обращаться ко мне мои сородичи, и не только сородичи, но и представители других родов – ненцев, ханты и манси.

 

Из книги «Право в зеркале жизни», ответственный редактор Н.И. Новикова, Москва – 2006 год.

 

(Общее количество просмотров - 11 )