CqQRcNeHAv

Мастер-класс от Мастера

Александр Сокуров

«Мастер-класс А.Н. СокуроваИзвестный российский кинорежиссёр, сценарист, оператор, народный артист Российской Федерации, неоднократный лауреат отечественных и международных кинофестивалей, автор более 15 игровых и 30 документальных картин. В 1995 году по решению Европейской Киноакадемии имя Александра Сокурова включено в число ста лучших режиссеров мирового кино. Его кинокартины находят признание в России и за рубежом – «Русский ковчег», «Франкофония», «Солнце» и другие.

Мастер-класс проходил в Государственном институте кино и телевидения (г. Санкт-Петербург) в рамках конференции «Региональные ресурсы кинопроизводства».

https://vk.com/wall-32285803_8540

 — Дайте несколько советов: как сегодня молодой начинающий кинематографист мог бы пробиться  в киноиндустрию, какие первые шаги ему нужно сделать?

— Слово «пробиться» здесь, конечно, самое-самое. Да, действительно пробиться. Вообще, мир кино очень персонифицирован, мир кино в России пронизан каким-то коллаборационизмом, каким-то… Какими-то тейпами, я не знаю, как всё это ещё назвать. Особенно московское пространство кино —  это такая… Взявшись за руки, старики и не старики так (показывает руками) стоят на страже средств государственных, и так далее, и так далее. «Пробиться», конечно. Но мне кажется, что тут есть две возможности: если кто-то помогает обойти вот всю эту шушеру, питерскую или московскую, которая стоит вокруг кинематографа как профессиональной среды, или проявить какие-то уникальные, необыкновенные дарования и всё начинать со сценария. Мне западные коллеги, в том числе, те, кто занимается кинопроизводством и особенно дебютами, и раньше, и сейчас говорят: у нас-то деньги есть (имею в виду западную практику), — у нас идей недостаточно.

То есть, идей недостаточно по всему миру. Потому что всё поверхностное, вся эта пенка, все эти поверхностные идеи, натасканные из каких-то случайные снов, открытий или не открытий, украденные в литературе – всё это уже кончилось. Все это завершилось, закончилось.

Жизнь развивается, и обстоятельства жизни современной предлагают очень тяжёлые и очень сложные коллизии. Освоить понимание этих коллизий дано совсем немногим. И отличие современного молодого кино от молодого кино 60-х, 40-х годов, 20-х – то, что молодое кино тех лет, оно опережало свое время, а молодое кино сегодня просто не знает его (свое время), и оно, конечно, не опережает, оно плетётся вослед за голодом зрителя, за всей вот этой вот… Сообществом, которое собирается в кинотеатрах и дома у себя за компьютером, и вот все время ждёт подкормки какой-то. Кинематографист 20-х, 40-х, 70-х и даже 80-х чуть-чуть опережал аудиторию, опережал цивилизацию, и вот в этом было уникальное блестящее достоинство того времени, того кинематографа. Вы сейчас всё же, конечно, отстаёте. Но, вот,  два пути – или есть человек, который поверил в вас и помогает вам, идёт первым, а вы за ним – пробить брешь вот в этих стенах, или вдруг вы смогли создать сценарий, который даже самых идиотов пробивает, и вдруг они понимают, что в руках что-то, какое-то сокровище. Потому что предъявление сценария является первым этапом борьбы за будущий фильм. Предъявление именно сценария. Иногда либретто, но это чуть-чуть ослабляет позицию. Нужно предъявлять сценарий. А его нужно написать. А на написание сценария в хорошем,  предфинальном качестве, о чем говорит даже мировая практика, нужен приблизительно год. Даже у нас в мастерской, пока я могу говорить только о мастерской в Нальчике, где юноши и девушки выходили и выходят сейчас в большое полнометражное производство, на это тратился год. И я принимал в этом участие, и преподаватель по драматургии принимал в этом участие… Мы вместе как-то разбирали и думали, думали, думали, думали, и создавали профессиональный какой-то результат.

В сценарии нужен также профессиональный результат. К сожалению для присутствующих здесь некоторых или тех, кто смотрит нас в интернете, могу вам сказать, что мастерство надо проявлять уже в создании сценария, и это самое-самое главное, чем вы можете защититься от нападок и агрессии старшего поколения, и вот всей этой шушеры, которой в кино тьма-тьмущая.

 

— Человек верит сам в свои силы и замыслы, но бывает так, что руки опускаются. Что делать, если твой проект не находит отклика? Как себя внутри убедить (модератор добавляет: видимо, здесь про внутреннее убеждение…)

— Если речь идёт о своей съёмочной группе – это одно, если речь идёт в общем о пространстве… На мой взгляд, есть одна формула – если у режиссёра нет темперамента, нет страсти, страстности, а это обеспечивает наиболее короткий путь от воображения, фантазии, эмоций людей, которые работают с вами, к душам этих людей (видимо, зрителей), то… Если этого нет, то не надо этим и заниматься. Все случаи отсутствия страсти, эмоций и темперамента, ещё один термин, который я вот всё время настаиваю, всё время говорю в мастерской здесь, в институте, – о том, что надо следить за своим темпераментом, развивать его. Вот это очень часто определяет, сможете ли вы преодолеть эти все трудности. Для режиссёра нет больших проблем, чем он сам. Ну, и у мужчины, надо сказать, — нет врагов, кроме него самого. Кроме него самого нет у мужчины врагов вообще.

Если у тебя есть голова на плечах, если ты заставил её работать, если ты дисциплинированный человек, если ты социализирован грамотно, чутко, внимательно, если ты волевой человек – у тебя всё будет получаться. Но это надо над собой всё это проделывать, вот так просто мальчики не становятся людьми с волей, силой, и так далее, и так далее.

 

-Как бы вы охарактеризовали региональное кино? Это, в первую очередь, местные уникальные люди? Или уникальные локации? И сможет ли в регионе сформироваться профессиональная съёмочная группа? Или это возможно только в столице?

 — У меня давние-давние конфликтные отношения с Министерством культуры, за что там меня очень не любят и, я думаю, мастерскую нашу здесь очень не любят, потому что тут я вдруг возникаю, а среди прочих конфликтов, противоречий, несогласий моих с тем, как ведёт себя этот государственный орган, я говорю всё время, обращая внимание министров и дам, которые в этом министерстве служат (это женское министерство, в основном, там все женщины, поэтому там надо осторожно вести себя, осторожно разговаривать): обратите внимание, что конституция РФ – это конституция федеративного государства. Это означает, что ни Москва, ни Ленинград не имеют никаких… Никакого определяющего значения, определяющей власти для развития кинематографа. Кинематограф Российской Федерации должен быть федеративным. Поэтому в каждом крупном городе или национальной единице обязательно должно развиваться кинематографическое искусство через развитие продюсерских центров. То есть, в Ярославле, в Архангельске там, может быть, в Иркутске, не знаю, нужно ли кино ещё сибирскому региону там… Уральскому, не знаю, Перми… Должны быть продюсерские центры, которые помогают развивать так называемую местную тематику. Она богаче, чем тематика московская и даже петербургская. Пермский край, иркутская область, Красноярский край, я уже не говорю о Якутии — это регионы, где событийная и предметная, сюжетная, скажем… Сюжетный ресурс грандиозно превышает, просто я не могу найти другого слова,  все ресурсы сюжетные, эстетические и Петербурга, и, тем более, Москвы. Вот. Поэтому развитие необходимо. Поэтому, если в регионе есть продюсерская группа, то надо помогать этим людям находить режиссёров, которые идеи могут реализовать.

Мы в фонде сталкиваемся с этим: получаем много заявок на кино, как бы сценарии тоже получаем, но потом оказывается, что  амбиции-то есть, что-то там написано, но ни малейшего представления о том, как, пропуская через производственную цепочку, можно этот замысел реализовать – нет. Доверить деньги такому юноше или такой девице нельзя. А если это средства государственные, за которые несёшь персональную ответственность – грант Президентский там и так далее, то здесь надо быть крайне осторожным с амбициями молодого человека. Если ты предъявляешь претензии на то, что ты хочешь снять фильм, документальный или игровой, — умей. Или снимай на свои собственные деньги, свои собственные средства.

Поэтому в региональных условиях тем – миллион, но вот нужна государственная поддержка. С помощью государства нужно создавать продюсерские центры на местах и затем помогать этим продюсерским центрам, предлагать им кандидатуры тех режиссёров, которые получили образование профессиональное, к сожалению, или в Петербурге, или в Москве. К сожалению, потому что образование тоже имеет свой акцент: человек, получивший образование в Петербурге, — это совсем не тот человек, который получил образование, например, в Перми, или в Иркутске, вот уж точно. Или в Краснодаре, — точно это разные люди совершенно. Ну, ладно, для начала можно экспортировать туда, в Иркутскую область, человека, который получил образование здесь (в этом вузе), но надо своих выращивать.

Страна огромная. Я за то, чтобы развивалась всеми возможными силами и средствами, и регионального кинематографа. Мы в России предрасположены к кино, как никто в мире. Как бы это ни вызывало, какое бы сожаление это ни вызывало на западе, или какое бы сожаление это ни вызывало в некоторых правящих кругах в нашей стране. Мы, к сожалению, предрасположены к кинематографу. То есть, имеется в виду – молодые люди.

 

— Кто, на ваш взгляд, герой нашего времени? И в игровом, и в документальном кино — они отличаются?

— Как сложно это — ответить на этот вопрос.

Я думаю — гражданин. Потому что сегодня гораздо тяжелее отстоять свое гражданское самочувствие, свою гражданскую самость вот именно в гражданском пространстве. Я специально не называю его политическим, потому что политическим его делает бездарность решения вопросов политических со стороны правоохранительных органов, всецелой системы, ну, и политических руководителей в администрации Президента.

Но я считаю, что героем нашего времени является Гражданин, который формулирует свою точку зрения, который болеет за интересы своей страны, для которого интересы своей страны не безразличны, – это герой нашего времени. Настоящий герой нашего времени. Который может попасть в тюрьму, может пройти через страшные испытания, социальные унижения, лишения, безденежье, ненависть или отрицание родителями их права на такую жизнь – вот это и есть настоящий герой. Для меня. Герой нашего времени.

Не солдат, не воин, потому что он это делает по профессии, а вот… Гражданин – это тот, кто… Ну, вы меня поняли, в общем.

 

— А как Вы считаете, может ли кинематограф влиять на формирование гражданской ответственности современной молодёжи?

— Трудно. Наверное, должен, но пока ещё только может. Пока ещё только может.

На это поколение, ну, скажем, на ваше поколение и людей чуть моложе, влиять трудно, потому что у вас нет общих интересов, у вас нет  общего эстетического вкуса, у вас нет общей культуры исторических знаний, у вас нет общего. Вот в чем преуспели большевики и коммунистическое государство? Оно смогло создать за счет всё же высокого уровня образования, равного для всех частей огромного Советского Союза, вот эту общую базу культуры, и ниже этого уровня, в общем, государство не позволяло опуститься. Странно. Как странно. Ведь вроде бы так не должно быть!  Потому что это тоталитарное государство с очень сложным, тяжелым инструментом подавления, а в области науки, в области образования всё же каких результатов достигла эта система!

У вас сейчас этой общей базы нет, вы в мире представляете общеинтернациональные интересы. Вы не представляете интересы страны своей, России, вы представляете интернациональные интересы. Очень интересная ситуация. Что будет с мужской частью населения, если перед ней встанет вопрос защищать страну с внутренним постоянным систематическим подтекстом передачи и защиты интернациональных интересов? Хочу посмотреть. Правда,  надеюсь, что не доживу до этого драматичного момента…

 

Александр Николаевич, вопрос про детское кино. Почему в России не снимается детское кино?

— Ну, потому что детей нет. В том представлении, как принято в славянской, например, культуре. Детей нет. Исчез уклад сельской жизни, ушла наивность народной культуры, народного представления. Ушел сельский житель. Исчезла во всей этой социальной… этажерке наивная простая сюжетика. Ушла народная музыка. И провинция, где всегда возникала, формировалась вот эта вот детская культура и  детская традиция — она стала просто бедной. Местом, где родители борются за выживание, где слабые школы, где есть алкоголизм, слишком много и взрослых, и подростков, и наркомания, и так далее, и так далее. Этот враг развития страны, это такая подпольная и явная наркомания и алкоголизм как национальный признак жизни русских людей. Вот поэтому я думаю, что нет детского кино потому, что некому его показывать. Я так это представляю себе. Попробуйте сделать детское кино и поискать зрителя. Интересно посмотреть, что будет. Может быть, вы найдёте.

 

— Говорят, что в фильме «Солнце» Вы выступили не только в качестве режиссёра, но и в качестве оператора. А почему Вы решили лично встать за камеру, и тяжело ли найти вообще своего оператора?

— Я встал за камеру потому, что я и до этого как оператор-постановщик снимал игровое кино, это был «Телец». У меня был очень большой опыт работы в документальном кино, где я не только был режиссёром и оператором. Я хорошо знал технологию кино, и считаю необходимым режиссёру быть универсумом в своей профессиональной работе. Ты должен знать природу и какие-то основания звукооператорской работы, и работу художника-постановщика, по костюмам, гримёра там, ну, а оператора – это уж сам бог велел тебе, что называется, уметь и знать. Ну и потом, задача, например, «Солнца», или задача, которая стояла перед фильмом «Телец», который я также снимал сам как оператор-постановщик, была настолько сложной технологически и технически: с новой оптикой и с новым характером света, что я не мог найти оператора. Я поехал во ВГИК к Юсову, он тогда был ещё заведующим кафедрой операторского мастерства, с вопросом: помогите мне кого-то найти. Он мне так сказал: Сашенька, Вы знаете, их никого не интересует, что Вы делаете, а никто не смотрел, что Вы снимаете. Вообще, молодому поколению абсолютно неинтересно, чем Вы занимаетесь, я не могу предложить ни одного из тех, кто на операторском факультете ВГИКа сейчас занимается, кому интересно некоммерческое кино, вообще так называемое авторское кино. Я тогда понял, что я должен сам всем этим заниматься. Опыт работы с операторами, с которыми я работал раньше, к которым я отношусь с большим уважением… К сожалению, это были примеры и алкоголизма, примеры и огромного объёма брака, профессионального съёмочного, и это очень сильно било по фильмам, по их устойчивости и качеству, поэтому я решил, что я потребую с самого себя это умение, и я это делал всё сам. Конечно, тяжело было. Когда ты сидишь за камерой и одновременно разговариваешь с актёром, участвуешь в диалоге актёрском, и так далее, и так далее. Это очень тяжело, это я не пожелаю никому такого труда. Но, такая была неизбежность.

 

— Спасибо. Что такое язык кино? И в каком состоянии он сегодня? Идёт ли его развитие? Есть ли составляющие, которые уже устарели?   

Исторически если говорить об этом, мне кажется, что в начальный период появления кино шла борьба за овладение или создание особого формального качества фильма. Решение вопроса формы, да? И преуспели в этом очень. И мы, мне кажется, исчерпали эту проблему. Поскольку сегодня режиссёр – провокатор, может всё, что угодно, всё, что он хочет, а ему на помощь приходят универсальные возможности цифрового процесса, то, в общем, здесь это уже мало кого интересует, в какой форме это всё сделано.

Настоящей проблемой, новой проблемой языка кино является содержание кино. То есть, содержание фильма, содержание сюжета, его радикальность или его академизм, многослойность сюжета: радикальная многослойность или сочетание вот этой академической сложности, драматического действия с какими-то другими радикальными резкими формами повествования. В этом направлении сегодня, на мой взгляд, происходят поиски кино. Поиски так называемого языка кино. Но то, что этот язык ещё не сформировался, и, наверно, кому-то из вас придётся шаг за шагом добиваться этого, находить новые какие-то кинематографические буквы, складывать в предложения, — я буду рад за тех, у кого это будет получаться.

 

-Александр Николаевич, вопрос о работе режиссёра с актёром. Какие качества для Вас как режиссёра кино являются главными при подборе актёров, и было ли такое, что Вы поняли, что актёр не подходит в ходе съёмок? Что тогда делать?

С конца начну. Такого, что актёр не подходит во время съёмок, у меня не было. Знаю, что иногда в фильмах бывает такое, у меня такого не было. Потому что у меня просто другой принцип подхода к исполнителю в кадре. Хочу сказать сразу, что есть две разных специальности, два разных профессиональных метода и способа существования в драматическом действии, говоря об игровом кино — это театральная работа и кинематографическая работа. Театральная работа является высшей формой режиссёрского мастерства. Кинематографическая работа является средней формой кинематографического мастерства. Когда я отбираю исполнителя для роли в моём фильме – я ориентируюсь на особенности какие-то личностного склада человека и на то, как я как личность и как я – человек с каким-то характером, воспринимая этого конкретного человека, его конкретную особенность, личность, его темперамент, его широту, его понимание другого человека. Для меня неважно, является ли он великим актёром и какие у него там актёрские качества, — в кино в общем это значения не имеет. Тем более в современном, когда мы можем делать и озвучание или переозвучание, и монтаж нам часто очень помогает, и так далее. Внутренние особенности, внутренние качества самого человека для кино, для меня – являются самыми важными. Если я полюбил человека, он мне нравится, я люблю его, я хочу, чтобы он стал жить в моём замысле, в моей идее – я его беру, невзирая на то, военнослужащий он, спортсмен, актёр первого курса, или актёр из плохого театра, или вообще человек с улицы…

Как в моей жизни много раз бывало, когда я увидел… В Германии женщину одну, потом она играла главную роль в фильме «Мать и сын». Немка. А рядом с ней в кадре в роли сына был человек, который не является актёром, а тогда был, очень способный человек, очень особенный человек, который тогда был одним из руководителей российского филиала фирмы «Enhel», наш гражданин России. Вот такое сочетание в одном фильме двух особенностей, двух каких-то внутренних качеств. Но это особенности кино. В театре этот метод принимать нельзя, потому что в театре прожить, сформировать роль, сформировать характер и провести его через два, например, акта, да? Очень трудно. Чтобы при этом не произошло разоблачения человека, что он не вытягивает, не держит роль, не держит характер. Что он устаёт, не знает уже, не слышит, его не слышат и не видят. Вот в театре это вещь совершенно другая. В кино – возможно, просто по симпатии к человеку и по вере в него… И потом, создавая характер и образ, как отдельные фрагменты… фрески, или там, — мозаики. С помощью технических средств кино, конечно. Кино позволяет это сделать.

 

И последний вопрос от слушателей трансляции, Вы на него частично уже отвечали: пожелайте, что делать, если есть история, хочется рассказать, но ещё нет опыта работы, нет профессиональных знаний, — какие первые шаги предпринять?

—  Учиться. Потому что чем интереснее замысел – тем сложнее его донести до других людей. Сложность современного режиссёра сегодня заключается в том, что визуальных произведений, назовём это так, хотя не всегда они достойны этого слова — произведение, — миллионы. Конкуренция – гигантская. Я по интернету получаю десятки, многие десятки короткометражных фильмов из разных стран мира, киношкол и так далее, и так далее. Конкуренция огромная. На всех фестивалях молодого кино – сверх головы. Поэтому для того, чтобы можно было рассказать свою историю – нужно уметь её рассказать, понимать, как ты можешь это сделать. Как. Потому что, как и многим политикам сегодня можно задать вопрос: вот ты условно критикуешь современную власть, ты там критикуешь одно, другое, третье. Вот власть тебе. Пожалуйста. Как? Как ты изменишь ситуацию в стране, когда ты знаешь положение в судах, например? У нас сейчас кризис судебной системы. Как ты изменишь нравственное положение в стране, если ты увидишь, в каком состоянии находится так называемая партийная система в стране? Как ты изменишь жизнь в экономике, если всё строится на откатах, мздоимстве? Как ты вообще изменишь систему в огромной стране, где всё сформировалось и уже как бы бетоном залито и укрепилось? Как? Вот то же самое, вопрос, который надо задавать режиссёру: хорошо, ты хочешь эту историю. Теперь расскажи, как? То есть, каких ты исполнителей берёшь? Почему именно этих, а не других? Надо ответить на 20-30 вопросов, и станет ясно большей части, что на вопрос «Как» ответить…

Даже в литературе нет столько вопросов «как». Писатель никогда не отвечает на такое количество вопросов «как», как кинорежиссёр, приступая к съёмкам даже короткого небольшого десятиминутного фильма.

Как? Вот для этого существует система вузовская, где мы в силу своих возможностей пытаемся помочь молодым людям решать вопросы «как».

 

Вопросы из зала:

— Вы сказали, что в 20-х-80-х годах кинематограф опережал время. Уточните, пожалуйста, Вы имеете в виду отечественный или зарубежный, мировой?  

— Мировой, конечно. Но и отечественный в какой-то степени тоже. В определённом коридоре, потому что советское кино, оно имело своё своеобразие, не только цензурное, но и своеобразие труда людей, которых, как свинок научили морских там делать какие-то инстинктивные движения, — вот так там многое в советском кино, к сожалению, происходило, на основании рефлексов политических. В этом не было вины кинематографистов.

 

— Как режиссёру научиться не растеряться, довести до конца свой замысел, если это год, два, ещё потом периоды раз в год?

— Я не знаю. Если Вы готовы жизнь свою потратить на это, если Вы верите в то, что Вы делаете – это очень важно, ну – биться, биться, биться. Или искать тех, кто начнёт помогать Вам, так же поверит, как и Вы, в этот замысел, в эту идею. К сожалению, на этом острове, на этом киноострове плохая погода. Иногда нужен зонтик, иногда надо голым выходить просто, плевать на дождь, и брести через эту толпу серую просто голым, обнажённым, со всеми своими замыслами. Но, зонтик иногда нужен.

Терпение и мужество. Ну, что я могу сказать ещё?

 

 

(Общее количество просмотров - 16 )
Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий