CqQRcNeHAv

МОЯ КАМЧАТКА.Эйвэт. По корякски – подарок

У меня в руках обычная визитная карточка. Семья знаменитого камчатского каюра Андрея Притчина приглашает посетить корякское стойбище «Эйвэт» и питомник ездовых собак:

«…У нас вы сможете:

*Проникнуться жизнью корякского народа, его бытом, обычаями и традициями;

*Испытать ощущения лёгкости и полёта под вибрирующие звуки родового бубна;

*Провести незабываемую ночь на оленьих шкурах в корякском национальном жилище;

*Почувствовать удивительно экзотичный вкус блюд корякской кухни;

*Узнать тайну рождения камчатского дикого лосося;

*Познакомиться с ездовыми собаками, за хвостами которых десятки гонок на собачьих упряжках;

*Вы даже получите шанс познать азы искусства управления собачьей упряжкой в школе каюра – вы будете управлять ею лично;

*Каждый праздник, проведённый у нас, оставит самые яркие воспоминания.

Адрес: на берегу реки Тихой, неподалёку от села Николаевка, Камчатка.

 

Всё так. В очередной раз отстав от команды альпинистов в нужном месте, я попадаю в обещанное.

Андрей Николаевич Притчин – человек, действительно, на Камчатке довольно известный. И как каюр (за его плечами 4 первых призовых места в гонках на собачьих упряжках Андрей Николаевич Притчин«Берингия» и без счёта вторых и третьих), и как охотник на морского зверя – в этом деле на Камчатке равных ему, говорят, тоже пока не сыскать. Пресса единодушно называет его самым ярким представителем знаменитых Карагинских каюров. Но на характере и общении с людьми это никак не отражается. Простой, скромный, немногословный, как и наши ханты.

— Андрей Николаевич, чего я не смогу прочесть в интернете о «Вашей» Берингии?

— Берингия… Это стихия. Это надо самому попробовать…

Чувствую: для Притчина Берингия – это жизнь.

Итак, Берингия.

 

Берингия

— А вы знаете, что собачья упряжка может бежать быстрее, чем снегоход? Не верите? Может…

Я верю. И с удовольствием «втягиваю» в себя новую информацию. Тем временем Притчин показывает мне двенадцатилетнего пса, который, по его словам, может пройти трассу без вмешательства каюра и туда, и обратно.

 

Пса зовут Печень

 

Пса зовут Печень, по фамилии организатора Берингии, Александра Печени. Этого человека здесь любят и уважают. Он, как и Притчин, живая легенда Камчатского полуострова.

Берингия – самая протяжённая (полторы тысячи километров) гонка на собачьих упряжках в Евразии и единственная гонка в мире, которая возродила и успешно сохраняет традиционный национальный уклад коренных народов Севера, проживающих в  Камчатском крае.

Название «Берингия», как и сама гонка, возникло в 1990-м году по названию легендарной суши, 10 тысяч лет назад якобы соединявшей Азию и Америку.

В 1991 году она уже вошла в Книгу рекордов Гинесса как самая протяжённая в мире гонка на собачьих упряжках (каюры прошли тогда 1980 километров, побив рекорд аляскинской гонки Айдитарот (1868 км.). Сегодня Берингия – такой же бренд Камчатки, как и сивучи с Петропавловского пирса.

Александр Печень – её бессменный организатор в течение двадцати лет, а Андрей Притчин – живой символ гонки.

В лихие 90-е, когда разваливалась вся страна, именно Берингией Печень «поддержал народы Камчатки и запустил глубинные процессы возрождения традиционных культур, о которых сам не подозревал», — писали в прессе. Благодаря Берингии, действительно, на Камчатке возродилась культура собаководства, почти убитая цивилизацией в шестидесятых-семидесятых.

 

 

«С середины 60-х, когда на Камчатке появились гораздо более экономные снегоходы, собак стали уничтожать. Это варварство всячески подстегивалось декретами советской власти, боровшейся как за продовольственную безопасность, так и против сохранения национальных культур. Охотникам на Камчатке платили по 3-5 рублей за шкуру собаки. Старики рассказывают, что в отдельных деревнях отстреливали по 300 животных. К 1970 году камчатские ездовые лайки были на грани уничтожения». Это я тоже прочла  в интернете.

 

собаки

 

Попало под раздачу и семейство Притчиных.

— В Караге собаки работали лучше людей, они были ценным товаром. Потом появились «Бураны», снегоходы, и скоро техника заменила собак, пропали собаки. А зимой и навагу стало невыгодно ловить. Сложно было содержать собак, упрекали владельцев, что рыбой их кормили. Ведь содержать ездовых псов — дело не простое и не дешевое. Одна живущая на улице хаски или камчатская ездовая съедает около 2 килограммов красной рыбы в день. А во время перегонов собак кормят мясом и моржовым жиром, что еще дороже. В ямах готовили кислую рыбу. А это было запрещено. Ходили проверяющие и считали сушёную рыбу. Чуть ли не изо рта вынимали. Как приобрёл «Буран», тоже собак раздать пришлось, и не стало у меня своей упряжки…

Какая знакомая история. У югорских оленеводов стада в своё время забирали в совхозы. Люди тосковали без оленя. А собака на Камчатке, что олень в Югре: член семьи. Тут-то и появилась Берингия. Собаки не просто вернулись в корякские семьи, они вошли в моду.

 

Питомник

Вы приехали сегодня на питомник ездовых собак, — дочь Андрея Николаевича, Женя, начинает экскурсию для детей из детского дома (для них – бесплатно), — ваша задача крепко стоять на ногах, крепко держаться, иногда нажимать на тормоз. В каких случаях нажимать на тормоз, я расскажу.

 

Питомник

 

Питомник

 

Когда начинают собирать упряжку, каждая из собак как будто просит: «Возьми меня! Я тоже хочу! Ну, выбери же меня!»

Когда начинают собирать упряжку, каждая из собак как будто просит: «Возьми меня! Я тоже хочу! Ну, выбери же меня!»

Вы сегодня катаетесь на настоящих ездовых собачках, у нас нет разделения на тех, кого к гонкам готовим, и тех, кто «для туристов». Здесь либо собаки с большой историей, которые прошли по 8-9 Берингий, по тысяче километров каждый год минимум, либо молодёжь, которая только тренируется, готовится, возможно, через год-два они тоже пойдут на большую гонку. Собаки все ласковые, но сразу хочу всех предупредить: когда запрягают собак, к ним лучше не подходить, потому что они в азарте, у них мысли направлены уже вперёд, на трассу…

Сегодня в питомнике Андрея Притчина 57 собак. Он бы о каждой рассказал, но… Великого Притчина мне достаётся немного: опять приехали гости, на этот раз из Германии, и, несмотря на сорванную на прошедших недавно соревнованиях спину, Андрей Николаевич снова спешит помогать запрягать упряжки, отсылая  меня к Жене: «Она лучше расскажет».

 

Питомник

 

Женя Камчатку покинула давно, вернулась пару лет назад с Украины (супруга Андрея Николаевича – украинка, дочери похожи на маму – красавицы), чтобы помочь отцу переехать. Обстоятельства подтолкнули  создать родовую общину. Сегодня во владении Притчиных два гектара земли. Подходящий участок искали долго: «Кто скажет, что на Камчатке земли полно, — не верьте. У нас за землю драка, у нас за землю битва! Вроде как выясняют, где нефть, там не дают участки»

Как и все этнотуристические хозяйства Камчатки, живут и развиваются исключительно «за свои». Награда за первое место в Берингии достойная: 3 миллиона рублей. Но в те годы, когда гонки выигрывал Притчин, победителям вручали, как и у нас в Югре, – снегоходы, моторы, правда, ещё машины. Так обрастали хозяйством. Сегодня строятся: сейчас уже стоят домик для помощников и каюров, гостевая палатка и небольшая юрточка для обогрева катающихся на собаках. «С дровами тяжеловато, покупаем березу»

Посещение стойбища «Эйвэт», по камчатским меркам, стоит недорого, 2 700, но прибыли пока хозяйство не приносит: «Нам ещё лет десять придётся в минус работать, или хотя бы выйти в ноль, — смеётся Женя. — О прибыли тут сейчас и речи нет».

Куда уходят деньги? На содержание собак, упряжь, тренировки, соревнования… Собаки все на учете, с паспортами, прививки тоже делать надо. Едят собаки рыбу, комбикорм, сало тоже нужно, мясо, жир – всё это надо покупать.

 

Юкольник – приспособление для сушки рыбы

Юкольник – приспособление для сушки рыбы

 

— Мы как сюда переехали, папа пошёл за лицензией на добычу морского зверя. Так как у него лучшая охотничья история (резюме, — прим. автора), ему дали лицензию на самый большой отлов, 15 особей. А так как мы здесь недавно, папа мест охотничьих здешних не знает, это он там, у себя, на севере, каждое лежбище знал, где какого зверя можно добыть. А если раз меньше добудешь – потом уже такую лицензию не дадут. Друзья помогли: отловили сколько надо и на вертолёте привезли. В этом году мы уже сами как следует подготовились…

 

Юкольник – приспособление для сушки рыбы

 

Юкольник – приспособление для сушки рыбы

 

Как справляются? Выручают основные профессии сестёр.

Юля, например, лучший на Камчатке специалист по госзакупкам, Женя – юрист, помогает сестре.

 

 

Это только изничтожить ездовую собаку легко, воспитать – сложная и кропотливая наука. Я спросила у Андрея Николаевича, сколько стоит хорошая ездовая? Он долго молчал, потом ответил: «Она бесценна».

Каюр – только наполовину человек, а на вторую половину – главная собака в упряжке. Так говорят на Камчатке. Пса, оказывается, нельзя силой заставить бежать. Много ещё секретов в работе каюра. Например, важно знать, кто, как и с кем побежит. И после завершения гонки эта работа отнюдь не заканчивается. Поэтому, вернувшись с Берингии, хоть и зарекается Андрей Николаевич: «Всё, это в последний раз», но проходит время, и снова пристально ходит он меж собачьих рядов, присматривается: кого с кем поставить, кто с кем хорошо бежит…

 

Болек и Лёлик

Болек и Лёлик — близнецы братья

 

Питомник Андрея Притчина – далеко не самый крупный на Камчатке. По соседству, на этностойбище «Кайныран» (Медвежий дом) живут сто три собаки, семь лошадей и даже два медведя.

 

Традиционное корякское жилище, построенное с помощью редких технологий

Традиционное корякское жилище, построенное с помощью редких технологий

 

Традиционное корякское жилище, построенное с помощью редких технологий

 

Проводя экскурсию, Женя рассказывает, как строили традиционные жилища, как бонусом достались и заброшенное нерестилище, и даже собственный медведь:

— Только он не в клетке, он на свободе. Это его территория. Он по ночам сюда на нерестилище выходит. Днём стесняется пока…

 

Питомник Андрея Притчина

 

Нерестилище

Накатавшись на собачьих упряжках и заглянув в традиционный корякский дом, экскурсия движется к нерестилищу. В неглубоком прозрачном водоёме вовсю шныряют мальки.

— Это кета, — рассказывает Женя. – Вы бы приехали к нам в июле-августе, увидели бы, что творится, когда нерест идёт! Здесь рыба спина к спине стоит, воды не видно. Самки мечут икру в ямки, начинают камушками забрасывать. На следующий день самка погибает, самец из последних сил хвостом тоже ямку закапывает, потом тоже погибает… А эти малыши скоро подрастут, собьются в косяк и пойдут по реке, и их будет сопровождать катер рыбоохраны…

— Это Вы прочитали где-то?

Что Вы! Мы это всё прошлым летом своими глазами видели, вот здесь (показывает прямо под ноги). Мы даже часть туристов у Курильского озера отбили, мы не хотели, так получилось. Туда на вертолёте надо лететь, путёвка 40 тысяч стоит, а у нас то же самое, но в десять раз дешевле.

 

Питомник Андрея Притчина

 

Медведица до нас тут жила, с двумя медвежатами приходила рыбой кормиться, а нынче только один медвежонок двухгодовалый приходит, это его территория. На стойбище заходил, собаки ездовые зверя не чуют, так мы по краям двух охотников (охотничьи собаки, — прим. автора) посадили, на всякий случай…

Поначалу были недоразумения с рыбоохраной. Те: «А, коряки, собаки, будете рыбу с нерестилища таскать!» Оказалось наоборот, мы им помогаем, учёт ведём, браконьеры сюда ездить перестали, видят: стойбище, люди…

 

Медведь, который по ночам приходит на нерестилище, потаскал рыбу на одном из юкольников

Медведь, который по ночам приходит на нерестилище, потаскал рыбу на одном из юкольников

 

Уезжать не хотелось. Хотелось здесь жить.

На прощание обменялись визитками, я спросила: «А что такое «эйвэт»? «Дар, — ответила мне Женя, —  по-корякски — подарок».

 

Ольга КОРНИЕНКО

Фото Автора

 

 

 

(Общее количество просмотров - 104 )
Вы можете пропустить чтение записи и оставить комментарий. Размещение ссылок запрещено.

Оставить комментарий